• Приглашаем посетить наш сайт
    Салтыков-Щедрин (saltykov-schedrin.lit-info.ru)
  • Cлово "ЯЗВИТЕЛЬНОСТЬ"


    А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
    0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
    Поиск  

    Варианты слова: ЯЗВИТЕЛЬНОСТЬЮ, ЯЗВИТЕЛЬНОСТИ

    1. А. Шелаева: "На ножах" - забытый роман
    Входимость: 2.
    2. Грабеж Главы 15-17.
    Входимость: 1.
    3. Жизнь Николая Лескова. Часть 4. Глава 8.
    Входимость: 1.
    4. Жизнь Николая Лескова. Часть 7. Глава 6.
    Входимость: 1.
    5. Язвительный
    Входимость: 1.

    Примерный текст на первых найденных страницах

    1. А. Шелаева: "На ножах" - забытый роман
    Входимость: 2. Размер: 41кб.
    Часть текста: лагеря демократов непроходимую пропасть и окончательно закрепила за Лесковым звание "консерватора". Утвердившись в этой мысли, послереволюционное литературоведение скрыло роман от советского читателя за семью печатями. Оберегая его политическое целомудрие, литературоведческое и издательское начальство исключило всякую возможность переиздания романа, а тем самым и более справедливую и глубокую современную его оценку. Роман не вошел в собрание сочинений Лескова, изданное в одиннадцати томах в пятидесятые годы (М.; Л.: Художественная литература, 1954-1958), не появился отдельной книгой в период "оттепели", хотя бы в доказательство того, как необъективен Лесков в романе по отношению к своим идейным оппонентам. Ведь можно было сопроводить текст необходимыми по этому случаю объяснениями историков литературы и общественного движения в России. В литературе о Лескове "На ножах" упоминали скороговоркой и всегда в наборе с другими якобы антинигилистическими его романами: "Некуда" (1864) и "Обойденные" (1865). Считалось, что в этих произведениях писателя герои - шаржированно изображенные деятели революционного движения шестидесятых годов, а отдельные эпизоды полемически заострены против романа Н. Г. Чернышевского "Что делать?". В своих обобщающих оценках современные историки литературы, в особенности академические, оказались еще категоричнее и безжалостнее по отношению к роману, чем современники Лескова. В романе "На ножах" ими были обнаружены все характерные черты антинигилистического романа шестидесятых - семидесятых годов девятнадцатого столетия. Помимо развенчания нигилизма и полемики с романом Н. Г. Чернышевского "Что делать?", что, как казалось отдельным исследователям, снижало авторитет вождя революционных демократов в глазах молодого поколения, в романе "На ножах" также было обнаружено опошление идей женской...
    2. Грабеж Главы 15-17.
    Входимость: 1. Размер: 14кб.
    Часть текста: мы возвращались с племянником в одиннадцать часов, и за нами следовал неизвестный человек; а как мы стали переходить через лед между барок, он... — Постойте... А кто же с вами был третий? — Третьего с нами никого не было, окроме этого вора, который бросился... — Но кого же там ночью утопили? — Утопили? — Да! — Мы об этом ничего не известны. Полицмейстер позвонил и говорит квартальному: — Взять их за клин! Дядя взмолился. — Помилуйте, ваше высокоблагородие! Да за что же нас!.. Мы сами пришли рассказать... — Это вы человека утопили? — Да мы даже ничего и не слышали, ни о каком утоплении. Кто утонул? — Неизвестно. Бобровый картуз изгаженный у проруби найден, а кто его носил — неизвестно. — Бобровый картуз!? — Да; покажите-ка ему картуз, что он скажет? Квартальный достал из шкафа дядин картуз. Дядя говорит: — Это мой картуз. Его вчера с меня на льду вор сорвал. Цыганок глазами захлопал. — Как вор? Что ты врешь! Вор не шапку снял, а вор часы украл. — Часы? С кого, ваше высокоблагородие? — С никитского дьякона. — С никитского дьякона! — Да; и его очень избили, этого никитского дьякона. Мы, знаете, так и обомлели. Так вот это кого мы обработали! Цыганок говорит: — Вы должны знать этих мошенников. — Да, — отвечает дядя, — это мы сами и есть. И рассказал все, как дело было. — Где же теперь эти часы? — Извольте — вот одни часы, а вот другие. — И только? Дядя пустил еще барашка и говорит: — Вот это еще к сему. Прикрыл и говорит: — Привести сюда дьякона! ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ Входит сухощавый дьякон, весь избит и голова перевязана. Цыганок на меня смотрит и говорит: — Видишь?! Кланяюсь и говорю: — Ваше высокоблагородие, я все претерпеть достоин, только от дальнего места помилуйте. Я один сын у матери. — Да нет, ты христианин или нет? Есть в тебе чувство? Я вижу этакий разговор...
    3. Жизнь Николая Лескова. Часть 4. Глава 8.
    Входимость: 1. Размер: 39кб.
    Часть текста: "томление духа". Но болезнь не к смерти, а в дни грядущие, к выздоровлению. Не заставляет долго ждать себя острый пересмотр всего, во всем в сущности чуждого, ближайшего окружения своего, создавшегося в годы лютого безвремения. Этому сохраняется подтверждение в письмах и произведениях. Клюшников именуется "крохотным дрянцом" ***. Берг обвиняется в малодушии и слишком большой осмотрительности. Милюков превращается в "даровитого Милючка", недостойно "блекочущего" что-то о своих чувствах к Данилевскому. Сей последний - уже "Гришка Скоробрешко", "гусь" или "граф Данилевский", назойливо домогающийся указания ему достойного места в литературе. "Вися Комаров", "по рассеянности" женившийся на дочери "Гришки" **** вместо дочери Каткова, издавая газету "Русский мир", просит Лескова дать для его органа роман, но "чтобы был совсем не художественный, а как можно базарнее и с похабщиной" *****. Черняев не без яда возводится в сан древлего * "Шестидесятые годы", с. 315. ** Фарeсов, с. 52. *** Письмо Лескова к Суворину, без даты, 1871 г. - Пушкинский дом. **** Свадьба Е. Г. Данилевской и В. В. Комарова была 14 января 1876 г. ***** Письмо Лескова к И. С. Аксакову от 16 декабря 1875 г. - Пушкинский дом. богатыря "Редеди". Князь Мещерский признается "каким-то литературным Агасфером", и притом "в науках не зашедшимся", "недоумком консерватизма", которому незачем еще больше "скверниться", а лучше "как-нибудь пообчиститься" *. О "заносчивом хлыще" или о "честном Марковиче" жестких отзывов Лескова сколько угодно, но есть один и превеселый, жанровый, живописующий не только Болеслава, но слегка и...
    4. Жизнь Николая Лескова. Часть 7. Глава 6.
    Входимость: 1. Размер: 46кб.
    Часть текста: когда слышу о вашей сердитости... Что это такое, чтоб люди нас боялись, как беды какой? Как это себе устроить и для чего? А ведь вы не можете же не чувствовать, что люди вас боятся и оберегаются <...> Пожалуйста, не рассердитесь, что я говорю с вами о сердитости. Мне кажется, с нею очень беспокойно" ***. Как же изменялся, да и изменялся ли, "смирнел ли", старея, он сам? Применимы ли к нему (без чего, конечно, не обошлось в некоторых, типично "дамских"  65 , воспоминаниях), как * ЦГЛА. Ср.: "Литературный современник", 1937, N 3, с. 190-191. ** Архив А. Н. Лескова (фонд Н. С. Лескова). *** Пушкинский дом. канон общепринятые, уверения в умягченности к старости общеизвестной его крутости? Без греха против правды - не применимы. Неизбежно, год от года, побеждалась плоть, но дух противостоял и "не угашался". О неукротимых, как встарь, вспышках гнева по сущему пустяку свидетельствует не одна чужая запись *. Всю жизнь его не покидала убежденность, что без "сбора сил и страстей" нет писателя, художника, журналиста! Какие же именно силы и страсти подразумевались тут? Физические, утрачиваемые с...
    5. Язвительный
    Входимость: 1. Размер: 38кб.
    Часть текста: прекрасный, теплый, с крыш падали капели, и на перекрестках улиц стояли лужи. Шаг за шагом я дошел до канцелярии и вздумал зайти покурить. Правитель был с докладом у губернатора. В комнате за правительским кабинетом я застал двух помощников правителя, полицмейстера и одного из моих товарищей, только что возвратившегося с следствия из дальнего уезда. Пожав поданные мне руки, я закурил папироску и сел на окно, ничем не прерывая беседы, начатой до моего прихода. Возвратившийся молодой чиновник особых поручений с жаром рассказывал об открытых им злоупотреблениях по одному полицейскому управлению. В рассказе его собственно не было ничего занимательного, и рассказом этим более всех был заинтересован сам рассказчик, веровавший, что в нашей административной организации обнаружить зло — значит сделать шаг к его искоренению. Из помощников правителя один еще кое-как слушал этот рассказ, но другой без церемонии барабанил по окнам пальцами, а полицмейстер, оседлав ногами свою кавалерийскую саблю, пускал из-под усов колечки из дыма и как бы собирался сказать: «Как вы, дитя мое, глупы!» 2 Среди таких наших занятий растворилась дверь, соединявшая комнатку с правительским кабинетом, и правитель проговорил кому-то: — Вот наш клуб. Прошу вас здесь покурить; а я сейчас отделаюсь и буду к вашим услугам. В двери показался высокий плотный блондин, лет сорока, в очках, с небольшою лысиною и ласковым выражением в лице. — Господин Ден,— проговорил правитель, рекомендуя нам введенного им господина.— Господин Ден приехал, господа, с полномочием князя Кулагина на управление его имениями. Прошу вас с ним познакомиться. Это мои сотрудники N, X, Y, Z,— отрекомендовал нас правитель господину Дену. Начались рукожатия и отрывочные: «очень рад, весьма приятно» и т. д. Правитель с полицмейстером вышли в кабинет, а мы опять начали прерванный кейф. — Вы давно в наших краях?— спросил Дена мой молодой товарищ, слывший за светского человека. — Я первый...

    © 2000- NIV