• Приглашаем посетить наш сайт
    Брюсов (bryusov.lit-info.ru)
  • Cлово "ЛУКИЧ, ЛУКИЧА, ЛУКИЧЕ"


    А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
    0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
    Поиск  

    Варианты слова: ЛУКИЧУ, ЛУКИЧОМ

    1. Некуда. Книга 1. Глава 30.
    Входимость: 16. Размер: 75кб.
    2. Некуда. Книга 2. Глава 30.
    Входимость: 8. Размер: 31кб.
    3. Некуда. Книга 1. Глава 21.
    Входимость: 7. Размер: 34кб.
    4. Некуда. Книга 1. Глава 12.
    Входимость: 6. Размер: 13кб.
    5. Некуда. Книга 1. Глава 13.
    Входимость: 5. Размер: 13кб.
    6. Некуда. Книга 1. Глава 10.
    Входимость: 4. Размер: 10кб.
    7. Некуда. Книга 1. Глава 14.
    Входимость: 3. Размер: 14кб.
    8. Обойденные. Часть 1. Глава 2.
    Входимость: 3. Размер: 29кб.
    9. Некуда. Книга 1. Глава 26.
    Входимость: 3. Размер: 23кб.
    10. Сим воспрещается...
    Входимость: 2. Размер: 28кб.
    11. Некуда. Книга 1. Глава 8.
    Входимость: 2. Размер: 19кб.
    12. Некуда. Книга 1. Глава 25.
    Входимость: 2. Размер: 14кб.
    13. Некуда. Книга 1. Глава 27.
    Входимость: 2. Размер: 12кб.
    14. Некуда. Книга 1. Глава 11.
    Входимость: 2. Размер: 8кб.
    15. Некуда. Книга 1. Глава 23.
    Входимость: 2. Размер: 12кб.
    16. Некуда. Книга 1. Глава 31.
    Входимость: 2. Размер: 14кб.
    17. Некуда. Книга 2. Глава 20.
    Входимость: 1. Размер: 20кб.
    18. Некуда. Книга 1. Глава 20.
    Входимость: 1. Размер: 15кб.
    19. Письма. Пешковой-Толиверовой А.Н. 14 апреля 1888 г
    Входимость: 1. Размер: 9кб.

    Примерный текст на первых найденных страницах

    1. Некуда. Книга 1. Глава 30.
    Входимость: 16. Размер: 75кб.
    Часть текста: HALF-YEARLY REVIEW 1 Бахаревская придворная швея Неонила Семеновна, сидя у открытого окна, пела: Прошло лето, прошла осень, Прошла теплая весна, Наступило злое время, То холодная зима. Песня на этот раз выражала действительно то, что прошло и что наступило в природе. Тонкие паутины плелись по темнеющему жнивью, по лиловым мохрам репейника проступала почтенная седина, дикие утки сторожко смотрели, тихо двигаясь зарями по сонному пруду, и резвая стрекоза, пропев свою веселую пору, безнадежно ползла, скользя и обрываясь с каждого скошенного стебелечка, а по небу низко-низко тащились разорванные полы широкого шлафора, в котором разгуливал северный волшебник, ожидая, пока ему позволено будет раскрыть старые мехи с холодным ветром и развязать заиндевевший мешок с белоснежной зимой. Две поры года прошли для некоторых из наших знакомых не бесследно, и мы в коротких словах опишем, что с кем случилось в это время. Бахаревы вскоре после святой недели всей семьей переехали из города в деревню, а Гловацкие жили, по обыкновению, безвыездно в своем домике. Женни оставалась тем, чем она была постоянно. Она только с большим трудом перенесла известие, что брат Ипполит, которого и она и отец с нетерпением ожидали к каникулам, арестован и попал под следствие по делу студентов, расправившихся собственным судом с некоторым барином, оскорбившим одного из их товарищей. Это обстоятельство было страшным ударом для старика Гловацкого. Для Женни это было еще тяжелее, ибо она страдала и за брата и за отца, терзания которого ей не давали ни минуты покоя. Но, несмотря на все это, она крепилась и всячески старалась утешить страдающего старика. Вязмитинов беспрестанно писал ко всем своим прежним университетским приятелям прося их разъяснить Ипполитово дело и следить за его ходом. Ответы приходили редко и далеко не удовлетворительные, а старик и Женни дорожили...
    2. Некуда. Книга 2. Глава 30.
    Входимость: 8. Размер: 31кб.
    Часть текста: песня. Комната, в которой я спал с соловьями, выходила окнами в старый плодовитый сад, заросший густым вишенником, крыжовником и смородиною. В хорошие ночи я спал в этой комнате с открытыми окнами, и в одну такую ночь в этой комнате произошел бунт, имевший весьма печальные последствия. Один соловей проснулся, ударился о зеленый коленкоровый подбой клетки и затем начал неистово метаться. За одним поднялись все, и начался бунт. Дед был в ужасе. — Ему приснилось, что он на воле, и он умрет от этого, — говорил дед, указывая на клетку начавшего бунт соловья. Птицы нещадно метались, и к утру три из них были мертвы. Я смотрел, как околевал соловей, которому приснилось, что он может лететь, куда ему хочется. Он не мог держаться на жердочке, и его круглые черные глазки беспрестанно закрывались, но он будил сам себя и до последнего зевка дергал ослабевшими крыльями. У красивой, сильной львицы, сидящей в Jardin des plantes 1 в Париже, раннею весною прошлого года родился львенок. Я не знаю, как его взяли от матери, но я его увидел первый раз, должно быть, так в конце февраля; он тогда лежал на крылечке большой галереи и. грелся. Это была красивая грациозная крошка, и перед нею стояла куча всякого народа и особенно женщин. Львенок был привязан только на тоненькой цепочке и, катаясь по крылечку, обтирал свою мордочку бархатною лапкою, за которую его тормошили хорошенькие лапочки парижских львиц в лайковых перчатках. Это было запрещено, и это всем очень нравилось. Одна маленькая ручка очень надоела львенку, и он тряхнул головенкою, издал короткий звук, на который тотчас же раздался страшный рев. В ту же минуту несколько служителей бросились к наружной части галереи и заставили отделение львицы широкими черными досками, а сзади в этом отделении послышались скрип и стук железной кочерги по железным полосам. Вскоре неистовый рев сменило тихое, глухое рычание. Я дождался, пока снова отняли доски от клетки львицы. Львица казалась спокойною. Прижавшись в...
    3. Некуда. Книга 1. Глава 21.
    Входимость: 7. Размер: 34кб.
    Часть текста: люди чувствовали то же самое, видя Петра Лукича с его дочерью. Женни, украшая собою тихую, предзакатную вечерю старика, умела всех приобщить к своему чистому празднеству, ввести в свою безмятежную сферу. До приезда Женни старик жил, по собственному его выражению, отбившимся от стада зубром: у него было чисто, тепло и приютно, но только со смерти жены у него было везде тихо и пусто. Тишина этого домика не зналась с скукою, но и не знала оживления, которое снова внесла в него с собою Женни. С приездом Женни здесь все пошло жить. Ожил и помолодел сам старик, сильнее зацвел старый жасмин, обрезанный и подвязанный молодыми ручками; повеселела кухарка Пелагея, имевшая теперь возможность совещаться о соленьях и вареньях, и повеселели самые стены комнаты, заслышав легкие шаги грациозной Женни и ее тихий симпатичный голосок, которым она, оставаясь одна, иногда безотчетно пела для себя: «Когда б он знал, как пламенной душою» или «Ты скоро меня позабудешь, а я не забуду тебя». В восемь часов утра начинался день в этом доме; летом он начинался часом ранее. В восемь часов Женни сходилась с отцом у утреннего чая, после которого старик тотчас уходил в училище, а Женни заходила на кухню и...
    4. Некуда. Книга 1. Глава 12.
    Входимость: 6. Размер: 13кб.
    Часть текста: и сдержанностью. Женни, сидевшая за столом, на котором весело шумел и посвистывал блестящий тульский самовар, встала, приветливо поклонилась и покраснела. Ее, видимо, конфузила непривычная роль хозяйки. — Без церемонии, господа, — прошу вас поближе к самовару и к хозяйке, а то я боюсь, что она со мною, стариком, заскучает. — Как вам не грех, папа, так говорить, — тихо промолвила Женни и совсем зарделась, как маковый цветочек. — Петр Лукич подговаривается, чтобы ему любезность сказали, что с ним до сих пор люди никогда не скучали, — проговорил, любезно улыбаясь, Зарницын. — Да смейтесь, смейтесь! Нет, господа, уж как там ни храбрись, а пора сознаваться, что отстаю, отстаю от ваших-то понятий. Бывало, что ни читаешь, все это находишь так в порядке вещей и сам понимаешь, и с другим станешь говорить, и другой одинаково понимает, а теперь иной раз читаешь этакую там статейку или практическую заметку какую и чувствуешь и сознаешь, что давно бы должна быть такая заметка, а как-то, бог его знает... Просто иной раз глазам не веришь. Чувствуешь, что правда это все, а рука-то своя ни за что бы не написала этого. Даже на подпись-то цензурную не раз глянешь, думаешь: «Господи! уж не так ли махнули, чего доброго?» — А вам это все ничего, даже мало кажется. Я вон...
    5. Некуда. Книга 1. Глава 13.
    Входимость: 5. Размер: 13кб.
    Часть текста: склонив набок голову и закусив, в знак осторожности, верхнюю губу, тащила другой поднос с двумя графинами разной водки, бутылкою хереса и двумя бутылками столового вина, по усыпанному песком двору уездного училища простучал легкий экипажец. Вслед за тем в двери кухни, где Женни, засучив рукава, разбирала жареную индейку, вошел маленький казачок и спросил: — Дома ли Евгения Петровна? — Дома, — ответила Женни, удивленная, кто бы мог о ней осведомляться в городе, в котором она никого не знает. — Это вы-с? — спросил, осклабившись, казачок. — Я, я, — кто тебя прислал? — Барышня-с к вам приехали. — Какая барышня? — Барышня, Лизавета Егоровна-с. — Лиза Бахарева! — в восторге воскликнула Женни, бросив кухонный нож и спеша обтирать руки. — Точно так-с, они приехали, — отвечал казачок. — Боже мой! где же она? — На кабриолетке-с сидят. Женни отодвинула от дверей казачка, выбежала из кухни и вспорхнула в кабриолет, на котором сидела Лиза. — Лиза! голубчик! дуся! ты ли это? — А! видишь, я тебе, гадкая Женька, делаю визит первая. Не говори, что я аристократка, — ну, поцелуй меня еще, еще. Ангел ты мой! Как я о тебе соскучилась — сил моих не было ждать, пока ты приедешь. У нас гостей полон дом, скука смертельная, просилась, просилась к тебе — не пускают. Папа приехал с...

    © 2000- NIV