• Приглашаем посетить наш сайт
    Арцыбашев (artsybashev.lit-info.ru)
  • Cлово "ИСТОМИН"


    А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
    0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
    Поиск  

    Варианты слова: ИСТОМИНА, ИСТОМИНУ, ИСТОМИНЕ, ИСТОМИНЫМ

    1. Островитяне. Глава 7.
    Входимость: 39.
    2. Островитяне. Глава 19.
    Входимость: 39.
    3. Островитяне. Глава 10.
    Входимость: 37.
    4. Островитяне. Глава 6.
    Входимость: 32.
    5. Островитяне. Глава 11.
    Входимость: 32.
    6. Островитяне. Глава 17.
    Входимость: 29.
    7. Островитяне. Глава 8.
    Входимость: 28.
    8. Островитяне. Глава 22.
    Входимость: 20.
    9. Островитяне. Глава 18.
    Входимость: 17.
    10. Островитяне. Глава 15.
    Входимость: 14.
    11. Островитяне. Глава 4.
    Входимость: 13.
    12. Островитяне. Глава 9.
    Входимость: 13.
    13. Островитяне. Глава 5.
    Входимость: 8.
    14. Островитяне. Примечания.
    Входимость: 7.
    15. Островитяне. Глава 12.
    Входимость: 5.
    16. Островитяне. Глава 14.
    Входимость: 4.
    17. Письма. Суворину А.С. 8 апреля 1886 г.
    Входимость: 3.
    18. Островитяне. Глава 27.
    Входимость: 2.
    19. Островитяне. Глава 13.
    Входимость: 2.
    20. Островитяне. Глава 20.
    Входимость: 2.
    21. Письма. Суворину А.С. 3 февраля 1881 г.
    Входимость: 1.
    22. Островитяне. Глава 3.
    Входимость: 1.
    23. Жизнь Николая Лескова. Часть 6. Глава 8.
    Входимость: 1.

    Примерный текст на первых найденных страницах

    1. Островитяне. Глава 7.
    Входимость: 39. Размер: 32кб.
    Часть текста: все немилосердно плясало. Плясал Шульц, плясала Ида Ивановна, плясала Софья Карловна, хотя и отказывавшаяся и, наконец, даже вовсе не отказавшаяся от гросфатера, который, при общих аплодисментах, протанцевала с зятем. Не танцевала решительно только одна бабушка, которая не могла оставить своего кресла, но и она сидела весь вечер и любовалась молодыми. На счастье ее, действительно было чем любоваться. Известное дело, что если не гнаться за легкостью построения рук и ног да не требовать от каждого лица особого выражения, то едва ли где-нибудь в Петербурге можно набрать столько свеженьких лиц, белых плеч и хороших бюстов, сколько увидишь их, находясь между добродетельнейшими Васильевскими островитянками немецкого происхождения. Разгоревшись от кадрилей и вальсов, пышные гостьи Норков были точно розы: одна другой краше, одна другой свежее, и все их сочные бюсты и все их добродетельные уста говорили в одно слово: — Oh! Wir möchten noch ein bischen tanzen! (О, мы хотим еще танцевать!) Но лучше всех, эффектней всех и всех соблазнительней на этом празднике все-таки была дочь хозяйки, Берта Ивановна Шульц, и за то ей чаще всех доставался и самый лучший...
    2. Островитяне. Глава 19.
    Входимость: 39. Размер: 17кб.
    Часть текста: Истомин вскочил с дивана, вежливо поклонился ей и подал стул. — Вы, взамен того, можете быть спокойны, что я пришла к вам не с объяснениями. Никакие объяснения не нужны. — Благодарю вас,— отвечал Истомин. — Прошедшему нет ни суда, ни порицания. Если это была любовь — она не нуждается в прощении; если это было увлечение — то... пусть и этому простит бог, давший вам такую натуру. Вот вам моя рука, Истомин, в знак полного прощения вам всего от всей нашей семьи и... от ней самой. Истомин взял и с жаром поцеловал протянутую ему руку Иды. Девушка тихо высвободила свою руку и отошла к окну. — Ида Ивановна!— сказал, подходя ближе к ней, Истомин.— Столько презрения к себе, сколько чувствую я, поверьте, не испытывал ни один человек. — Радуюсь, узнавая, что вы способны осуждать себя. Истомин остановился. — Ида Ивановна, неужто вы в самом деле меня простили! — Monsieur 1 Истомин, если я сказала, что я пришла к вам не за тем, чтобы вызывать вас на объяснения, то я и не за тем пришла, чтобы шутить с вами для своего удовольствия,— отвечала спокойно Ида.— Если вы в этом сомневаетесь, то я бы желала знать, что такое именно вы считаете непростительным из ваших поступков? — Мое гадкое охлаждение к вашей сестре, которая меня любила! Ида пожала плечами и сказала: — Ну, к несчастью, не всякий человек умеет не охлаждаться. Вы виноваты в другом: в вашем недостойном вчерашнем подозрении; но не будем лучше говорить об этом. Я...
    3. Островитяне. Глава 10.
    Входимость: 37. Размер: 17кб.
    Часть текста: бы встряхнул его и повернул лицом к жизни. Но этого толчка не случилось, и придумать его было невозможно, а, наконец, Истомин сочинил его себе сам. В один из тех коротких промежутков этой беспокойной полосы, когда Истомин переставал читать запоем, страстно увлекаясь и беснуясь, и, наоборот, становился неестественно смирен и грустный бродил тише воды, ниже травы, я зашел к нему прямо с улицы и сказал, что на днях дают обед для одного почтеннейшего человека, которого очень уважал и почитал Истомин. — Я,— говорю,— записал на обед и себя и вас, Роман Прокофьич! — Очень,— отвечает,— мило сделали. А сколько денег? Я сказал. Истомин взял свое портмоне и, подавая мне ассигнацию, тепло пожал мою руку. — Пойдете?— спросил я. — Как же, непременно пойду. В день этого обеда Истомин с самого утра не надевал своего пиджака и был очень спокоен, но молчалив. За юбилейным обедом он равнодушно слушал разные пышные и сухие речи; ел мало и выпил только два бокала шампанского. Все время обеда мы сидели с ним рядом и после стола вместе вышли в небольшую комнату, где собралась целая толпа курящего народа. Истомин сел у окна, вынул Дорогую баядеру, закурил ее и равнодушно стал смотреть на плетущихся по взметанному, грязному снегу ванек и на перебегавших в суете пешеходов. Против Истомина, в амбразуре того же окна, сидела не молодая и не старая дама, которая еще не прочь была нравиться и очень могла еще нравиться, а между ними, на лабрадоровом подоконнике этого же самого окна, помещался небольшой белокуренький господинчик с жиденькими войлоковатыми волосами и с физиономией кладбищенского, тенористого дьякона. Дама не без эффекта курила очень крепкую сигару, а белокурый господин тянул тоненькую мариландскую папироску. Обе эти особы вели оживленный разговор об искусстве вообще и...
    4. Островитяне. Глава 6.
    Входимость: 32. Размер: 32кб.
    Часть текста: Глава 6. ГЛАВА ШЕСТАЯ Раз, вскоре как стала зима, сижу я у себя и работаю. Вдруг, этак часу в первом, слышу звонок. Является моя «прислуга» и шепчет: — Там один какой-то дама вас спрасивать. Выхожу я — смотрю, Ида Ивановна сидит на диване и улыбается, а возле нее картонный ящик и большущий сверток в толстой синей бумаге. — Здравствуйте!— говорит Ида Ивановна.— Устала я до смерти. — Кофе,— говорю,— чашечку хотите? — А крепкий,— спрашивает,— у вас кофе варят? — Какой хотите сварят. — Ну, так дайте; только самого крепкого. «Прислуга» моя захлопотала. — А ведь я к вам это как попала?— начала с своим обыкновенным спокойствием Ида Ивановна.— Я вот контрабанды накупила и боюсь нести домой, чтоб не попасться с нею кому не следует. К Берте зайти еще пуще боюсь, чтобы не встретиться. Пусть это все у вас полежит. — Извольте,— говорю,— с радостью. — Нет, в самом деле, это не то что контрабанда, а разные, знаете, такие финти-фанты, которые надо сберечь, чтоб их пока не увидали дома. Дайте-ка мне какой-нибудь ящик в вашем комоде; я сама все это хорошенько уложу своими руками, а то вы все перемнете. Я очистил ящик; Ида Ивановна все в него бережненько посложила. — Вы...
    5. Островитяне. Глава 11.
    Входимость: 32. Размер: 30кб.
    Часть текста: которое упрочивало Истомину спокойное место в течение целого часа в день возле Мани. Но что он делал в садике? Неужто к нему выходила Маня? Не может быть. Это просто он был влюблен , то есть сказал себе: «Камилла быть должна моей, не может быть иначе», и безумствовал свирепея, что она не его сейчас, сию минуту. Он даже мог верить, что есть какая-то сила, которая заставит ее выйти к нему сейчас. Наконец, он просто хотел быть ближе к ней — к стенам, в которых она сидела за семейною лампою. Уроки начались; Шульц был необыкновенно доволен таким вниманием Истомина; мать ухаживала за ним и поила его кофе, и только одна Ида Ивановна молчала. Я ходил редко, и то в те часы, когда не ожидал там встретить Истомина. Раз один, в самом начале марта, в сумерки, вдруг сделалось мне как-то нестерпимо скучно: просто вот бежал бы куда-нибудь из дому. Я взял шапку и ушел со двора. Думал даже сам зайти к Истомину, но у него не дозвонился: оно и лучше, потому что в такие минуты не утерпишь и, пожалуй, скажешь грустно, а мы с Романом Прокофьевичем в эту пору друг с другом не откровенничали. Пойду, думаю, к Норкам, и пошел. Прохожу по проспекту и вижу, что под окном в магазине сидит Ида Ивановна; поклонился ей, она погрозилась и сделала гримаску. — Что это вы, Ида Ивановна, передразнили меня, кажется?— говорю, входя и протягивая через прилавок руку. — А разве,— спрашивает,— видно? — Еще бы,— говорю,— не видеть! — Вот завидные глаза! А я о вас только сейчас думала: что это в самом деле такая нынче молодежь стала? Помните, как мы с вами хорошо познакомились — так просто, славно, и вот ни с того ни с сего уж и раззнакомливаемся: зачем это? Я начал оправдываться, что я и не думал раззнакомливаться. — Эх вы, господа! господа! ветер у вас еще все в голове-то ходит,— проговорила в ответ мне Ида...

    © 2000- NIV