• Приглашаем посетить наш сайт
    Бианки (bianki.lit-info.ru)
  • Cлово "НЕПРЕМЕННЫЙ"


    А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
    0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
    Поиск  

    Варианты слова: НЕПРЕМЕННО, НЕПРЕМЕННОЕ, НЕПРЕМЕННОЮ, НЕПРЕМЕННОГО

    1. На ножах. Эпилог.
    Входимость: 14.
    2. Ракушанский меламед
    Входимость: 10.
    3. Кадетский монастырь
    Входимость: 9.
    4. Борьба за преобладание
    Входимость: 8.
    5. На ножах. Часть 1. Глава 11.
    Входимость: 7.
    6. Антука
    Входимость: 7.
    7. Некуда. Книга 1. Глава 30.
    Входимость: 6.
    8. Человек на часах
    Входимость: 5.
    9. Сеничкин яд
    Входимость: 5.
    10. Обман
    Входимость: 5.
    11. Пагубники
    Входимость: 5.
    12. Жизнь Николая Лескова. Часть 5. Глава 10.
    Входимость: 5.
    13. Очарованный странник. Глава 5.
    Входимость: 5.
    14. На ножах. Часть 5. Глава 34.
    Входимость: 5.
    15. Обойденные. Часть 1. Глава 9.
    Входимость: 5.
    16. На ножах. Часть 1. Глава 5.
    Входимость: 4.
    17. На ножах. Часть 3. Глава 2.
    Входимость: 4.
    18. Совместители. Глава 9.
    Входимость: 4.
    19. Детские годы. Глава 15.
    Входимость: 4.
    20. Мелочи архиерейской жизни. Глава 12.
    Входимость: 4.
    21. Смех и горе. Главы 45-49.
    Входимость: 4.
    22. Геральдический туман
    Входимость: 4.
    23. Отборное зерно
    Входимость: 4.
    24. Жизнь Николая Лескова. Часть 3. Глава 7.
    Входимость: 4.
    25. Мелочи архиерейской жизни. Глава 14.
    Входимость: 4.
    26. Путимец. Из апокрифических рассказов о Гоголе.
    Входимость: 4.
    27. Фигура
    Входимость: 4.
    28. Невинный Пруденций. Глава 14.
    Входимость: 3.
    29. На ножах. Часть 6. Глава 11.
    Входимость: 3.
    30. Колыванский муж. Глава 12.
    Входимость: 3.
    31. Загадочный человек. Главы 30-34.
    Входимость: 3.
    32. Жизнь Николая Лескова. Часть 6. Глава 7.
    Входимость: 3.
    33. Обойденные. Часть 3. Глава 12.
    Входимость: 3.
    34. Заячий ремиз
    Входимость: 3.
    35. Чертовы куклы. Глава 5.
    Входимость: 3.
    36. На ножах. Часть 5. Глава 32.
    Входимость: 3.
    37. Павлин. Глава 10.
    Входимость: 3.
    38. Жизнь Николая Лескова. Часть 5. Глава 1.
    Входимость: 3.
    39. Детские годы
    Входимость: 3.
    40. Очарованный странник. Глава 20.
    Входимость: 3.
    41. Соборяне. Часть 3. Глава 13.
    Входимость: 3.
    42. Островитяне. Глава 6.
    Входимость: 3.
    43. Захудалый род. Семейная хроника князей Протозановых. Часть 1. Глава 18.
    Входимость: 3.
    44. Колыванский муж. Глава 6.
    Входимость: 3.
    45. Заячий ремиз. Главы 5-9.
    Входимость: 3.
    46. Железная воля. Глава 4.
    Входимость: 3.
    47. Жизнь Николая Лескова. Часть 6. Глава 2.
    Входимость: 3.
    48. Легендарные характеры
    Входимость: 3.
    49. Соборяне. Часть 1. Глава 5.
    Входимость: 3.
    50. Некуда. Книга 2. Глава 10.
    Входимость: 3.

    Примерный текст на первых найденных страницах

    1. На ножах. Эпилог.
    Входимость: 14. Размер: 52кб.
    Часть текста: уже не домашним арестом, а взят в заключение. Везде только ходила басня о мертвеце и в ней полагалась вся суть. Эту весть едва одолевал новый слух, что Карташов, или Ворошилов, оказавшийся контр-фискалом генерала, к которому являлась в Петербурге Глафира, был немедленно отозван, и с ним уехал и его землемер, в котором крестьяне признали слесаря Ермолаича, бывшего в положайниках у Сухого Мартына, когда добывали живой огонь. Вслед за этою вестью быстро следовала другая: Горданов был отчаянно болен в тюрьме, говорили, что у него антонов огонь в руке и что ему непременно будут ампутировать руку. Это тоже была истинная правда: Горданов действительно был сильно болен и в первый же день ареста требовал ампутации пораженной руки. Ввиду его крайне болезненного состояния допросом его не обременяли, но ампутацию сделали. Он был тверд и, пробудясь от хлороформа после операции, спокойно взглянул на свою коротенькую руку. Ввечеру острожный смотритель сказал Горданову, что его непременно хочет видеть Ропшин, Горданов подумал и сказал: - Пусть придет. Явился Ропшин и с первых же слов сообщил, что он с величайшим трудом нашел к нему доступ чрез подкуп. - В чем же дело? - спросил Горданов. - Сообщите скорее: мне много нельзя говорить. Ропшин стал советовать не выдавать Глафиру Васильевну. - Вам от этого не будет легче, - говорил он, - между тем как вы погубите Глафиру Васильевну... вам некому будет помочь ни одним грошем. - Вы правы... что же далее? - Вы знаете, что Глафире Васильевне теперь одно средство: чтоб опровергнуть все подозрения в соучастии с вами... - Она даст доказательства, что находится в соучастии с вами, - перебил Горданов. - Да, она выйдет за меня замуж. - Желаю...
    2. Ракушанский меламед
    Входимость: 10. Размер: 80кб.
    Часть текста: в офицеры, все время служил "в серых войсках". Так он называл таможенную стражу, по которой числился, состоя начальником небольшой команды на одном из весьма известных контрабандных пунктов на австрийской границе. Война с турками его рассердила, и он бросил свой "серый пост", и перевелся в действующую армию. Майор Плескунов был не стар и не молод, не высок ростом, коренаст и немножко мужиковат в манерах и в движениях, но был, как я сказал, прямая душа, добрая, и во всех своих суждениях и взглядах на вещи оригинал. Он был беззаветно храбр, хотя по наружности казался изрядным рохлей: не горячился, не вскидывался, не подымался на дыбы, но не робел и не падал духом, а всегда и везде рассуждал и действовал с настоящим твердым мужеством и с "прохладкой". Похвальбы он терпеть не мог и считал ее недостойною военного человека и вредною. - Это, - говорил он, - дело купеческое; наври, чтобы было можно из чего уступить, а потом и спускай. А наше дело солдатское, тут что Бог даст. Понятно, что, держась такого правила, он не имел в своем обычае ни малейшей тени самохвальства и задора. Речей он никаких не говорил, ни обширных, ни кратких, кроме общего внушения: - Делай свое дело, не стой на месте, когда шлют вперед, и не хвались вперед, чья будет горка, а работай. Горка - это была его поговорка, то есть, чья возьмет, чей верх будет. Солдаты Плескунова любили и называли его "настоящим командиром". - Форсу, - говорили, - не задает, а воюет как надо и судит умно:...
    3. Кадетский монастырь
    Входимость: 9. Размер: 65кб.
    Часть текста: были... Верно и теперь есть, только, разумеется, искать надо. Я хочу вам рассказать нечто весьма простое, но не лишенное занимательности,— сразу о четырех праведных людях так называемой «глухой поры», хотя я уверен, что тогда подобных было очень много. ГЛАВА ВТОРАЯ Воспоминания мои касаются Первого петербургского кадетского корпуса, и именно одной его поры, когда я там жил, учился и сразу въявь видел всех четырех праведников, о которых буду рассказывать. Но прежде позвольте мне сказать о самом корпусе, как мне представляется его заключительная история. До воцарения императора Павла корпус был разделен на возрасты, а каждый возраст — на камеры. В каждой камере было по двадцати человек, и при них были гувернеры из иностранцев, так называемые «аббаты»,— французы и немцы. Бывали, кажется, и англичане. Каждому аббату давали по пяти тысяч рублей в год жалованья, и они жили вместе с кадетами и даже вместе и спали, дежуря по две недели. Под их надзором кадеты готовили уроки, и какой национальности был дежурный аббат, на том языке должны были все говорить. От этого знание иностранных языков между кадетами было очень значительно, и этим, конечно, объясняется, почему Первый кадетский корпус дал так много послов и высших...
    4. Борьба за преобладание
    Входимость: 8. Размер: 105кб.
    Часть текста: Н. Муравьёв. - Общее восстание синодалов против обер-прокурора Нечаева. - Новая ошибка синода без участия Филарета. - Смиренный Серафим. - Обер-прокурор полковник Протасов. - Его различие с Нечаевым. - Усиление канцелярщины. - Торжество победителей. ГЛАВА ПЕРВАЯ Сынове века сего мудрейши паче сынов света суть в роде своём. (Лук., XVI, 8) Профессор киевской духовной академии Филипп Алекс. Терновский поместил в одной из книжек духовного журнала "Странник" небольшой, но прелюбопытный отрывок из воспоминаний бывшего синодального секретаря Ф. И. Исмайлова. Период времени, описываемый покойным Исмайловым, - двадцать лет его служения в синоде, с 1820 по 1840 год, именно те самые годы, когда совершилась замечательная в истории синода борьба членов синодального присутствия с обер-прокурорами. Отсюда понятно, какой живой интерес должны иметь для истории правдивые воспоминания близкого свидетеля этой борьбы, нередко даже принимавшего в ней участие и, наконец, в заключение существенно от неё пострадавшего. Мы берём из этого отрывка только самые существеннейшие черты, которые выясняют нечто до сих пор в этой истории неясное, и стараемся привести то, что нам самим известно из других записок или рассказов современников, которых еще немало находится в живых. Абрисы и рассказы секретаря Исмайлова очень безыскусственны и местами даже просты до наивности, но этим они внушают большое доверие к автору, - человеку, который, как мы сейчас увидим, представляется очень добрым, тепло верующим и совестливым. Но, несмотря на всю непритязательность и скромность воспоминаний Исмайлова, они в некоторых случаях заставляют отдать им полное предпочтение перед тем, что начертано рукою более или менее фразистых некрологистов и тенденциозных историков. Исмайлов своими чистосердечно раскрытыми воспоминаниями не только сообщает много любопытных частностей о событиях,...
    5. На ножах. Часть 1. Глава 11.
    Входимость: 7. Размер: 71кб.
    Часть текста: очень рано, вскоре же затем нырнуло за серую тучу, и то выскакивало на короткое время в прореху облаков, то снова завешивалось их темною завесой. Внизу было тихо, но вверху ветер быстро гнал бесконечную цепь тяжелых, слоистых облаков, набегавших одно на другое, сгущавшихся и плывших предвестниками большой тучи. На земле парило и пахло электрическою сыростию, дышать было тяжело, нервными людьми овладело столь общее им предгрозовое беспокойство. Иосаф Платонович Висленев спал, обливаясь потом, которого нимало не освежала струя воздуха, достигавшая до него в открытое окно. Висленеву снились, тяжелые сны с беспрестанными перерывами, как это часто бывает с людьми, уснувшими в сознании совершенной ими неловкости. Висленев во сне повернулся на другую сторону, лицом к окну: здесь было более воздуха и стало дышаться легче. Иосаф Платонович мало-помалу освобождался от своих снов и начал припоминать, что он в отеческом доме, но с этим вместе его кольнуло в сердце. "Что я здесь вчера делал?" - мелькнуло в его голове. "Где теперь этот ножик? Эта улика против меня. Надо встать и искать". Он раскрыл полусонные глаза и видит, что сновиденье ему не лжет: он действительно в родительском доме, лежит на кровати и пред ним знакомое, завешенное шторой окно. Он слышит шепот дрожащих древесных листьев и соображает, что солнце не блещет, что небо должно быть в тучах, и точно, вот штора приподнялась и отмахнулась, и видны ползущие по небу серые тучи и звонче слышен шепот шумящих деревьев, и вдруг среди всего этого в просвете рамы как будто блеснул на мгновение туманный контур какой-то эфирной фигуры, и по дорожному песку послышались легкие и частые шаги. Что бы это такое было? Во сне или...

    © 2000- NIV