• Приглашаем посетить наш сайт
    Аксаков К.С. (aksakov-k-s.lit-info.ru)
  • Cлово "ЯДОВИТЫЙ"


    А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
    0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
    Поиск  

    Варианты слова: ЯДОВИТО, ЯДОВИТОЙ, ЯДОВИТОЮ, ЯДОВИТЫЕ, ЯДОВИТАЯ

    1. Сеничкин яд
    Входимость: 4.
    2. Аннинский Л.А. Несломленный. Глава 2.
    Входимость: 3.
    3. Брамадата и Радован
    Входимость: 2.
    4. На ножах. Часть 6. Глава 11.
    Входимость: 2.
    5. Котин доилец и Платонида. Глава 3
    Входимость: 2.
    6. Гора. Египетская повесть. Примечания.
    Входимость: 1.
    7. Расточитель. Действие 5.
    Входимость: 1.
    8. Жизнь Николая Лескова. Часть 7. Глава 8.
    Входимость: 1.
    9. Товарищеские воспоминания о П. И. Якушкине
    Входимость: 1.
    10. Очарованный странник
    Входимость: 1.
    11. Аннинский Л.А. Несломленный. Глава 4.
    Входимость: 1.
    12. Некуда. Книга 2. Глава 25.
    Входимость: 1.
    13. Некуда. Книга 2. Глава 15.
    Входимость: 1.
    14. Островитяне. Глава 10.
    Входимость: 1.
    15. Обойденные. Часть 3. Глава 12.
    Входимость: 1.
    16. Обойденные. Часть 3. Глава 1.
    Входимость: 1.
    17. Алексей Петрович Ермолов
    Входимость: 1.
    18. Умершее сословие
    Входимость: 1.
    19. Павлин. Глава 10.
    Входимость: 1.
    20. Письма. Веселитской Л.И. 9 июня 1893 г.
    Входимость: 1.
    21. Загон. Глава 3.
    Входимость: 1.
    22. Обойденные. Часть 1. Глава 3.
    Входимость: 1.
    23. Павлин. Глава 2.
    Входимость: 1.
    24. Обойденные. Часть 2. Глава 1.
    Входимость: 1.
    25. На ножах. Часть 6. Глава 1.
    Входимость: 1.
    26. П.Громов, Б.Эйхенбаум: Творчество Н.С. Лескова. Глава 5.
    Входимость: 1.
    27. Некуда. Книга 2. Глава 4.
    Входимость: 1.
    28. Очарованный странник. Глава 13.
    Входимость: 1.
    29. Печерские антики. Глава 39.
    Входимость: 1.
    30. Н. С. Лесков. Л. Н. Толстой: Переписка. Примечания.
    Входимость: 1.
    31. Некуда. Книга 1. Глава 21.
    Входимость: 1.
    32. Райский змей
    Входимость: 1.
    33. Аннинский Л.А. Несломленный. Глава 6.
    Входимость: 1.
    34. Соборяне. Часть 1. Глава 5.
    Входимость: 1.
    35. Николай Гаврилович Чернышевский в его романе "Что делать?"
    Входимость: 1.
    36. Некуда. Книга 2. Глава 10.
    Входимость: 1.
    37. Аннинский Л.А. Несломленный. Глава 5.
    Входимость: 1.
    38. Некуда. Книга 1. Глава 7.
    Входимость: 1.
    39. Обойденные. Часть 1. Глава 2.
    Входимость: 1.
    40. Жизнь Николая Лескова. Часть 3. Глава 7.
    Входимость: 1.
    41. Захудалый род. Семейная хроника князей Протозановых. Примечания.
    Входимость: 1.
    42. Некуда. Книга 2. Глава 7.
    Входимость: 1.
    43. На ножах. Часть 5. Глава 18.
    Входимость: 1.
    44. Популярные русские люди
    Входимость: 1.

    Примерный текст на первых найденных страницах

    1. Сеничкин яд
    Входимость: 4. Размер: 82кб.
    Часть текста: яд", которым опоены многие души в России, изобретен и выработан в шестидесятых годах в химической лаборатории военно-медицинской академии лекарским сыном Базаровым. Здесь же этот яд будто разлит и разослан прямо во все мужские и женские училища, причём наибольшие его дозы попали и в духовные семинарии. Таким образом будто и пошла отрава самым вредным из ядов - "Сеничкиным ядом". Но есть и другое мнение, что "Сеничкин яд" гораздо старше самого Базарова и вывезен к нам из заграницы контрабандою в кавалерийских тороках, а разливка его первоначально производилась кустарным образом по домам, и притом чаще всего по домам самым почтенным, именитым и поставленным в самые выгодные, по-видимому, условия для того, чтобы такая вредная гадость, как "Сеничкин яд", туда ни под каким видом проникать не могла. Наконец, существует ещё и третье объяснение, и оно, может быть, самое правильное, что "Сеничкин яд" это и есть та самая "прелесть, юже издревле изблева змий". Словом, это изобретение самого сатаны и изобретение, как сам чёрт, старое. Судя по необыкновенной скрытности заражения "Сеничкиным ядом", пристойно думать, что всего вернее...
    2. Аннинский Л.А. Несломленный. Глава 2.
    Входимость: 3. Размер: 72кб.
    Часть текста: еще тлеет, еще может вспыхнуть?.. Нет, не вспыхнуло. Никто не ответил "Литературной газете", не возразил, не подхватил. Отошло. Отошло это горячее дело в сферы академического литературоведения. В тенистых лабиринтах диссертаций, в спокойных заводях "Ученых записок", в нонпарельных отвалах комментариев взвешивают сегодня куски остывшей лавы. На академических весах воспаленная злость, с которой написал Лесков "углекислых фей" московского либерализма и "архаровцев" из петербургских радикальных "общежитий" начала 1860-х годов, кое-как уравновесилась "идеальными" героями: самоотверженным революционером Райнером, честной нигилисткой Лизой Бахаревой, пылким Юстином Помадой, положившим жизнь в польском восстании. Тихо и методично совершилось то, к чему неистово взывал Лесков все три десятилетия, какие ему суждено было прожить после столь бурного начала; восстановлен аптечный баланс: от "оголтелой реакционности" автор "Некуда" вроде бы очищен. Никто не станет спорить сегодня с этой полезной работой. Но, вслушиваясь в мирную тишину после драки, что кипела вокруг этого текста непрерывно на протяжении первых полуста лет, поневоле ловишь себя на ощущении какой-то неожиданно "тихой смерти", его настигшей. Или летаргии, странным образом оборвавшей бурю. Или мертвой точки, в которой вдруг уравновешиваются силы, рвущие организм. Первый роман Лескова, взорвавшийся когда-то подобно бомбе, оседает в лагунах культуры. Может быть, всемирная слава его автора, взошедшая в новом веке и непрерывно теперь возрастающая, в конце концов вытащит и эту книгу из тени библиотечных хранилищ, и новые поколения прочтут ее по-новому (такое бывает), - но та драма, которая совершилась с этой книгой при жизни старых поколений, по-своему завершена. В нее интересно всмотреться, потому что драмой этой, в сущности, определяется вся будущая писательская судьба Лескова. Вне...
    3. Брамадата и Радован
    Входимость: 2. Размер: 28кб.
    Часть текста: одно называлось Бенарес*, а другое царство Казальское**. В одном из них, в Бенаресе, правил царь по имени Брамадата, а в другом - в Казальском царстве - Радован. Они были между собою несогласные и постоянно не ладили оттого, что у них были разные характеры и понятия, и во всем они хотели все разного. Брамадата, бенаресский царь, был большой воин и хотел, куда ни придет, чтобы всех сейчас побить или в плен угнать; а Радован терпеть не мог воевать, а все заботился, чтобы у него в земле была тишина и чтобы люди никто один другого не обижали, а все бы вровнях трудились и имели себе пищу и одежду, а на чужое добро не завидовали и ничего чужого себе не брали. (* Бенарес - наименование индийского государства Кази ( V в.) по его столице.) (** Царство Казальское - существовавшее в V в. индийское государство Козала.) От этого разного расположения царей и во дворах у них, и во всем подданстве все шло по-разному. У Брамадаты была тогда радость, если он кого-нибудь побьет и чужое добро возьмет, а Радован тогда был утешен, если у него все было тихо и все люди трудятся и живут средственно, а не стараются превзойти один другого обманом или опутать ложью и хитростью. И как у храброго Брамадаты, так и у хозяйственного Радована не все всегда ладилось. Радовановы люди наскучили миром и тишиною, и стали они говорить: - Что нам из того, что нам тихо и покойно жить в тишине. Ноне тихо и завтра опять тоже ...
    4. На ножах. Часть 6. Глава 11.
    Входимость: 2. Размер: 10кб.
    Часть текста: ее от Бодростиных Иван Демьянович получил из Петербурга письмо, которого, разумеется, никому не показал, но сказал, что это пишет ему какой-то его старый друг Семен Семенович Ворошилов, который будто бы едет сюда в их губернию, чтобы купить здесь себе на старость лет небольшое именьице на деньги, собранные от тяжких и честных трудов своей жизни. В известии этом, как видим, не было ничего необыкновенного, но оно смутило Александру Ивановну, частию по безотчетному предчувствию, а еще более по тому особенному впечатлению, какое письмо этого "некоего Ворошилова" произвело на генерала, оживив и наэлектризовав его до того, что он, несмотря на свои немощи, во что бы то ни стало, непременно хотел ехать встречать своего друга в город. Александре Ивановне стоило бы большого труда удержать мужа от этой поездки, да может быть, она в этом и вовсе не успела бы, если бы, к счастию ее, под тот день, когда генерал ожидал приезда Ворошилова, у ворот их усадьбы поздним вечером не остановился извозчичий экипаж, из которого вышел совершенно незнакомый человек. Гость был мужчина лет под пятьдесят, плотный, высокого роста, гладко выбритый, в старомодном картузе с коричневым бархатным околышем и в старомодной шинели с капюшоном. Он обратился с вопросом к встретившему его на дворе работнику и затем прямо направился к крыльцу. - Кто бы это такой? - вопросила Александра Ивановна, глядя на дверь, в которую должен был войти незнакомец. Сидевший тут же генерал не мог ответить жене на этот вопрос и только пожал плечами и встал с места. Александре Ивановне показалось, что муж ее находится в некотором смущении, и она не ошиблась. Когда гость появился в передней и спросил мягким, вкрадчивым голосом генерала, тот, стоя на пороге...
    5. Котин доилец и Платонида. Глава 3
    Входимость: 2. Размер: 5кб.
    Часть текста: настоящим именем Константина Пизонского. Но книжная премудрость не далась ребенку. Несчастное дитя прежде всего сделалось всеобщим посмешищем. Скинув с себя свой женский псевдоним, оно, во-первых, никак не могло приучиться считать себя мальчиком я постоянно говорило: «я была, я пришла, я ела»; а это дало повод издеваться над ним с первой же минуты. Учиться ребенок был очень способен; но тогдашняя училищная строгость и ядовитые докуки товарищей отняли у него всякую возможность успеха. Запуганность его дошла до невероятных пределов и была причиною окончательного смещения его в неспособные. Однажды, еще вскоре после своего поступления в училище, Пизонский, надписывая свое имя на тетради, вместо Константин, написал Кинстинтин. Учитель поймал его на этой ошибке и, ударив по голове лозою, спросил: — Как твое имя? — Константин,— отвечал ребенок. — Пиши на табуле. Дитя взяло дрожащею рукою мел и почувствовало, что рука его бежит, бежит, бежит неудержимо и чертит одну за другою бесконечные буквы. Во всю доску тянется Константинтинтинтинтинтин... и все нет ему конца, нет заключения, нет предела. Ребенок чувствует, что это что-то не то, что это что-то неладно,— он млеет, дрожит и все ведет слог за слогом: «тинтинтинтинтин»... — Что ты, стрикулист, так больно длинен?— замечает ядовито учитель,— держись своей препорции! Пизонский быстро стер с доски бесконечную цепь слогов и твердою, решительною рукою написал короткое «Котин». Приведенный в недоумение этим быстрым сокращением протяжно-сложенного слова, учитель счел это за оскорбительный фарс: он снова резнул Пизонского лозою по уху и снова еще более строгим голосом напомянул ему о соблюдении «препорции». — Не могу,— решительно отвечал ребенок. — Чего ж ты не можешь? — Не могу написать по препорции. Учитель качнул назад головою, и дитя, зная, что́ означает сей знак, с невозмутимою покорностью...

    © 2000- NIV