• Приглашаем посетить наш сайт
    Сологуб (sologub.lit-info.ru)
  • Cлово "ЛЕНТА"


    А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
    0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
    Поиск  

    Варианты слова: ЛЕНТЫ, ЛЕНТАМИ, ЛЕНТУ, ЛЕНТЕ

    1. Житие одной бабы. Часть 2. Глава 3
    Входимость: 4. Размер: 17кб.
    2. Некуда. Книга 3. Глава 25.
    Входимость: 3. Размер: 31кб.
    3. Смех и горе. Главы 5-9.
    Входимость: 3. Размер: 23кб.
    4. Кадетский монастырь
    Входимость: 2. Размер: 65кб.
    5. Юдоль. Глава 19.
    Входимость: 2. Размер: 8кб.
    6. Обойденные. Часть 1. Глава 4.
    Входимость: 2. Размер: 12кб.
    7. Очарованный странник. Глава 14.
    Входимость: 2. Размер: 11кб.
    8. Островитяне. Глава 7.
    Входимость: 2. Размер: 32кб.
    9. Островитяне. Глава 6.
    Входимость: 2. Размер: 32кб.
    10. Обойденные. Часть 3. Глава 6.
    Входимость: 2. Размер: 7кб.
    11. На ножах. Примечания.
    Входимость: 1. Размер: 27кб.
    12. Соборяне. Часть 2. Глава 2.
    Входимость: 1. Размер: 10кб.
    13. Колыванский муж. Глава 2.
    Входимость: 1. Размер: 5кб.
    14. Соборяне. Примечания
    Входимость: 1. Размер: 54кб.
    15. Легендарные характеры. Примечания.
    Входимость: 1. Размер: 5кб.
    16. Соборяне. Часть 3. Глава 4.
    Входимость: 1. Размер: 8кб.
    17. Гора. Египетская повесть. Глава 17.
    Входимость: 1. Размер: 5кб.
    18. Интересные мужчины. Глава 18.
    Входимость: 1. Размер: 6кб.
    19. Жизнь Николая Лескова. Часть 2. Глава 7.
    Входимость: 1. Размер: 20кб.
    20. Островитяне. Глава 27.
    Входимость: 1. Размер: 17кб.
    21. На смерть M. H. Каткова
    Входимость: 1. Размер: 17кб.
    22. Обойденные. Часть 2. Глава 11.
    Входимость: 1. Размер: 12кб.
    23. Островитяне. Глава 13.
    Входимость: 1. Размер: 10кб.
    24. Захудалый род. Семейная хроника князей Протозановых. Часть 2. Глава 2.
    Входимость: 1. Размер: 9кб.
    25. Жизнь Николая Лескова. Часть 5. Глава 3.
    Входимость: 1. Размер: 16кб.
    26. Обойденные. Часть 1. Глава 7.
    Входимость: 1. Размер: 24кб.
    27. Соборяне. Часть 1. Глава 5.
    Входимость: 1. Размер: 118кб.
    28. Смех и горе
    Входимость: 1. Размер: 23кб.
    29. К. П. Богаевская. Н. С. Лесков о Достоевском
    Входимость: 1. Размер: 59кб.
    30. Некуда. Книга 2. Глава 3.
    Входимость: 1. Размер: 49кб.
    31. Печерские антики. Глава 30.
    Входимость: 1. Размер: 8кб.
    32. Шерамур. Глава 23.
    Входимость: 1. Размер: 9кб.
    33. Островитяне. Глава 11.
    Входимость: 1. Размер: 30кб.
    34. Юдоль. Глава 7.
    Входимость: 1. Размер: 8кб.
    35. Некуда. Книга 1. Глава 28.
    Входимость: 1. Размер: 13кб.
    36. Колыванский муж. Глава 15.
    Входимость: 1. Размер: 11кб.
    37. Детские годы
    Входимость: 1. Размер: 9кб.
    38. Островитяне. Глава 3.
    Входимость: 1. Размер: 17кб.
    39. Мелочи архиерейской жизни. Глава 4.
    Входимость: 1. Размер: 16кб.
    40. Захудалый род. Семейная хроника князей Протозановых. Часть 2. Глава 15.
    Входимость: 1. Размер: 14кб.
    41. Белый орел
    Входимость: 1. Размер: 49кб.
    42. Соборяне. Часть 2. Глава 9.
    Входимость: 1. Размер: 12кб.
    43. Аннинский Л.А. Несломленный. Глава 3.
    Входимость: 1. Размер: 70кб.
    44. Колыванский муж. Глава 7.
    Входимость: 1. Размер: 8кб.
    45. Смех и горе. Примечания
    Входимость: 1. Размер: 59кб.
    46. Воительница. Глава 5
    Входимость: 1. Размер: 43кб.
    47. Овцебык. Глава 4
    Входимость: 1. Размер: 24кб.
    48. На ножах. Часть 5. Глава 9.
    Входимость: 1. Размер: 7кб.
    49. Пламенная патриотка
    Входимость: 1. Размер: 18кб.
    50. Несмертельный Голован. Глава 2.
    Входимость: 1. Размер: 6кб.

    Примерный текст на первых найденных страницах

    1. Житие одной бабы. Часть 2. Глава 3
    Входимость: 4. Размер: 17кб.
    Часть текста: в своей песне алой лентой и так радостно поет: То-то лента! то-то лента! То-то алая моя! Ала! ала! ала! Мне голубушка дала. Словно в самом деле голубушка только что выплела из косы алую ленту да дала ему: «Носи, мол, дружок, люби меня, да мною радуйся». А в другой раз издали Настя слышит, как поет он: Уж ты ль, молодость, Моя молодость! Красота ль моя Молодецкая! Ты куда прошла, Миновалася? Не видал тебя, Моя молодость, За лютой змеей Подколодною, За своей женой, За негодною. И поет он эту песню как будто не оттого, что ему петь хочется, а оттого, что в самом деле лютая змея подколодная заела его и красу и молодость и нет ему силы на нее не плакаться. Никак Настя не могла разобрать: не то этому человеку уж очень тяжело на свете, не то весело, и поет он грустные песни с того только, что петь ловок и любит песни. Была Настя все та же Евина дочка. Хотелось ей посмотреть песельника. Вышла такая светлая, лунная ночь; Настя лежала на постели, заслышала знакомую голосистую песню, оперлась на локоть и смотрит в щелку, которых много в плетневой стене, потому что суволока, которою обставляют пуньки на зиму, была отставлена. Смотрит Настя, а топот и песня все ближе, и вдруг перед самыми ее глазами показался статный русый парень, в белой рубашке с красными ластовицами и в высокой шляпе гречишником. Выехал он против Настиной пуньки и, как нарочно, остановился, обернулся на лошади полуоборотом назад, свистнул и стал звать отставшего жеребенка. «Кось! кось! кось! Беги, дурашка!» — звал парень жеребеночка, оборотясь лицом к Настиной стене. А Настя все смотрела на него и, когда он тронулся с своими лошадьми далее, подумала: «Хороший какой да румяный! Где ...
    2. Некуда. Книга 3. Глава 25.
    Входимость: 3. Размер: 31кб.
    Часть текста: читателем в самом начале романа и которых читатель имел полное право позабыть до сих пор. Здесь вдова камергерша Мерева, ее внучка, которой Помада когда-то читал чистописание и которая нынче уже выходит замуж за генерала; внук камергерши, в гусарском мундире, с золотушным шрамом, выходящим на щеку из-под левой челюсти; Алексей Павлович Зарницын в вицмундире и с крестом за введение мирового положения о крестьянах, и, наконец, брат Евгении Петровны, Ипполит Петрович Гловацкий, которого некогда с такими усилиями старались отратовать от тяжелой ответственности, грозившей ему по университетскому делу. Теперь Ипполит Гловацкий возмужал, служит чиновником особых поручений при губернаторе и старается держать себя государственным человеком. Губерния налетела сюда, как обыкновенно губернии налетают: один станет собираться, другому делается завидно, — дело сейчас находится, и, смотришь, несколько человек, свободно располагающих временем и известным капиталом, разом снялись и полетели вереницею зевать на зеркальные окна Невского проспекта и изучать то особенное чувство благоговейного трепета, которое охватывает человека, когда он прикасается к топазовой ручке звонка у квартиры могущественной особы. Камергерша Мерева ехала потому, что сама хотела отобрать и приготовить приданое для выходящей за генерала внучки; потом желала просить полкового командира о внуке, только что произведенном в кавалерийские корнеты, и, наконец, хотела повидаться с какими-то старыми приятелями и основательно разузнать о намерениях правительства по крестьянской реформе. Камергерша Мерева была твердо уверена, что вечное признание за крестьянами прав личной свободы дело решительно невозможное, и постоянно выискивала везде слухов, благоприятствующих ее надеждам и ожиданиям. Алексей Павлович Зарницын поехал в Петербург, потому что...
    3. Смех и горе. Главы 5-9.
    Входимость: 3. Размер: 23кб.
    Часть текста: огромные лесные пространства и однажды вечером, остановись перед маленькой станцийкой, увидели у крыльца кибитку с тройкой дрожащих и дымящихся лошадей. На станции была заметна какая-то суета и беготня с крыльца во двор и со двора на крыльцо. Всех, очевидно, занимало что-то и необыкновенное и смешное, потому что все бегали и не то охали, не то смеялись. Один верховой выскочил из ворот и, скаля зубы, понесся в одну сторону леса; другой, совсем помирая со смеха и нещадно настегивая по бокам коня, поскакал в другую. Мы рассчитывали здесь пить чай и вошли в сени. Нянька вела под руку матушку; Борис, по обыкновению, нес меня на руках. В маленькой, слабо освещенной комнатке, в которую мы вступили прямо из сеней, была куча самых странных людей, с самыми невероятными, длинными и горбатыми носами, каких я никогда до тех пор не видал. Мне даже показалось, что это вовсе не люди, а одни носы. Во всей этой смятенной сутолоке раздавался странный и непонятный говор и трепетный плач с каким-то гортанным переливом. Три огромные носа в огромных бараньих шапках держали над тазом четвертый нос, из которого в две противоположные стороны били фонтаны крови. Эти носы были армяне, возвращавшиеся куда-то к себе из Москвы. Их было счетом четверо, и они ехали всего за полчаса пред нами через лес, который мы благополучно минули. Трое из армян сидели в самой кибитке, а четвертый, их молодой приказчик, с самым большим восточным носом, помещался у них на коленях, так что огромный нос его высовывался из кибитки наружу. Вдруг из лесной чащи раздался выстрел и несчастный нос этого злополучного армянина как раз пред самым кончиком прострелен крупною леткой... Нужно же было случиться такой странности! Мы застали...
    4. Кадетский монастырь
    Входимость: 2. Размер: 65кб.
    Часть текста: сразу о четырех праведных людях так называемой «глухой поры», хотя я уверен, что тогда подобных было очень много. ГЛАВА ВТОРАЯ Воспоминания мои касаются Первого петербургского кадетского корпуса, и именно одной его поры, когда я там жил, учился и сразу въявь видел всех четырех праведников, о которых буду рассказывать. Но прежде позвольте мне сказать о самом корпусе, как мне представляется его заключительная история. До воцарения императора Павла корпус был разделен на возрасты, а каждый возраст — на камеры. В каждой камере было по двадцати человек, и при них были гувернеры из иностранцев, так называемые «аббаты»,— французы и немцы. Бывали, кажется, и англичане. Каждому аббату давали по пяти тысяч рублей в год жалованья, и они жили вместе с кадетами и даже вместе и спали, дежуря по две недели. Под их надзором кадеты готовили уроки, и какой национальности был дежурный аббат, на том языке должны были все говорить. От этого знание иностранных языков между кадетами было очень значительно, и этим, конечно, объясняется, почему Первый кадетский корпус дал так много послов и высших офицеров, употреблявшихся для дипломатических посылок и сношений. Император Павел Петрович как приехал в корпус в первый раз по своем воцарении, сейчас же приказал: «Аббатов прогнать, а корпус разделить на роты и назначить в каждую роту офицеров, как обыкновенно в ротах полковых». 1 С этого времени образование во всех своих частях пало, а языкознание вовсе уничтожилось. Об этом в корпусе жили предания, не позабытые до той сравнительно поздней поры, с которой начинаются мои личные воспоминания о здешних людях и порядках. Я прошу верить, а лично слышащих меня — засвидетельствовать, что моя память совершенно свежа и ум ...
    5. Юдоль. Глава 19.
    Входимость: 2. Размер: 8кб.
    Часть текста: успокоение и радости. Эта женщина всегда привозила с собою, во-первых, свою непобедимую и никогда ее не оставлявшую благородную веселость; а потом непременно всем людям и детям по подарку. Дарить — это была ее слабость и ее радость, и она имела удивительную способность всех помнить и всякому подобрать подарок, подходящий по его потребности и по вкусу. Женщинам дарились головные платки, горничным — ситцы на платья, лакею — «отрез на жилет», кучеру — «касандрийская рубаха», скотнику — рукавицы, но более всего привозилось дешевых алых лент — деревенским девчонкам на «косоплетки». Эти косоплетки, нарезанные кусочками соответственного размера, тетя всегда имела у себя в запасе в кармане платья, и где бы ни встретила девчонку, она подзывала ее к себе и дарила всегда с шуткою: — Девки! девки! подите ко мне, я вас осчастливлю!.. Нате вам — в косы заплетите... Ты чернуха — тебе вот ленточка алая, а ты белый таракан — тебе лучше будет синенькую... «Осчастливленные» просиявали от счастия и с разгоревшимися глазенками бежали за тетей и просили, чтобы к алой была прибавлена синенькая, а к синенькой — аленькая, и тетя увлекалась радостью детей и им не отказывала, а иногда брала девочек и целовала их не совсем чистые лица, приговаривая: — Ах вы, рожицы!.. Тоже щеголихи!.. Нате вам, чумазые! нате! И ленты летели в толпу, и деревня расцвечалась пестротою девичьих косоплеток. Видно было, что «баловница приехала». Было ли после этого чему удивляться, что эта «баловница» (сколько у нее было прозваний!..) была в то же время и общая любимица и что такое лицо, как она, в лихую годину сразу одним своим появлением наполняла сердца людей доверием и упованием, облегчающими в значительной мере всякое горе и «всякую язю в людех»?! А тетя Полли и Гильдегарда теперь и пришли к нам с нарочитою целью — принести ...

    © 2000- NIV