• Приглашаем посетить наш сайт
    Тредиаковский (trediakovskiy.lit-info.ru)
  • Cлово "ENFANT"


    А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
    0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
    Поиск  
    1. Совместители. Глава 4.
    Входимость: 2.
    2. Совместители. Глава 5.
    Входимость: 1.
    3. Загон. Глава 6.
    Входимость: 1.
    4. На ножах. Эпилог.
    Входимость: 1.
    5. Очарованный странник. Примечания.
    Входимость: 1.

    Примерный текст на первых найденных страницах

    1. Совместители. Глава 4.
    Входимость: 2. Размер: 5кб.
    Часть текста: двери. «Вот, черт возьми, положение!» — подумал он, и в его голове вдруг промелькнуло, как такие вещи разыгрываются у людей той или другой нации и того или другого круга, но ведь это все здесь не годится... Ведь это Канкрин! Он должен быть умен везде, во всяком положении, и если в данном досадном и смешном случае Марье Степановне предстояла задача показать присутствие духа, более чем нужно на седле и с ружьем в руках, то и он должен явить собою пример благоразумия! Между тем картина не могла оставаться немою, — и граф был, очевидно, того же самого мнения. Видя всеобщее удручение немою сценою, граф, нимало не теряя своего спокойного самообладания, нагнулся к задрапированному столу, из-под которого торчали ноги, и приветливо позвал: — Милостивый государь! Ответа не было. — Молодой человек! — повторил граф. Ноги слегка вздрогнули. — Mon enfant, 1 — обратился граф к Марье Степановне, — не можете ли вы мне сказать, как зовут этого странного молодого человека? — Его зовут Иван Павлович, — отвечала покраснев, но с задором в голосе хозяйка. 2 — Прекрасная вещь, но как жаль, что он так застенчив! Зачем он от нас прячется? — Так... просто застенчив... — Что за причуды сидеть под столом! — Он прекрасно вышивает и помогал мне вышивать сюрприз ко дню вашего рождения и... сконфузился. — Сюрприз ко дню моего рождения... Граф послал ей рукою по воздуху поцелуй и добавил: — Merci, mon enfant. 3 Иван Павлович, выходите: вам там совсем неловко вышивать. Гость под столом фыркнул от смеха и самым беззаботным, веселым голосом отвечал: — Действительно, ваше сиятельство, неудобно. И с этим вдруг, как...
    2. Совместители. Глава 5.
    Входимость: 1. Размер: 5кб.
    Часть текста: прилежание при добром поведении. Это гораздо надежнее. — Никак нет, ваше сиятельство. — Что значит ваше «никак нет»? — Протекция гораздо надежней. — Что за вздор вы говорите! — Нет-с, это действительно так. — Перестаньте, пожалуйста! Это даже думать так стыдно. — Отчего же, ваше сиятельство, стыдно, — я это беру с практики. — С какой практики? Велика ли еще ваша практика! Вы так молоды. — Молод действительно, ваше сиятельство, но все так говорят, и я тоже по себе заключаю: я считаюсь и способным, и все старание прилагаю, и ни в чем предосудительном в поведении не замечен, в этом, я думаю, Марья Степановна за меня поручиться может, потому что я ей уже три года известен... — Ах, вы уже три года знакомы! — перебил граф. — Это раньше меня! — Несколько менее, — заметила Марья Степановна. — Да, действительно менее, — подхватил Иван Павлович. — Он, однако, вовсе не застенчив, — шепнул ей на ухо граф. — Вы его обласкали. — Правда ваша, правда. — А кто это, молодой человек, ваш главный начальник, при котором так мало значат труды и способности, а все зависит от протекции? — Прошу прощения у вашего сиятельства: этот вопрос меня затрудняет. — Не стесняйтесь! Мы здесь встретились просто у общей знакомой — милой и доброй дамы и можем говорить откровенно. Кто ваш главный начальник? — Вы, ваше сиятельство. — Как я! — Точно так, ваше сиятельство: я служу в министерстве финансов. — Ну, послушайте, — обратился граф по-французски к Марье Степановне, — он совершенно не застенчив. Та сделала нетерпеливое движение. — Отчего же я вас, Иван Павлович, никогда не видал? — спросил граф. — Нет, вы изволили меня видеть, только не заметили. Я во все праздники являюсь и расписываюсь на канцелярском листе раньше многих. — Да как же, наконец, ваша фамилия? — Я называюсь N—ов. — N—ов, —...
    3. Загон. Глава 6.
    Входимость: 1. Размер: 13кб.
    Часть текста: есть родовая знать. Тогда тут живали летом богатые люди из «знати», и они «тонировали». А теперь тут живут генералы и «крупные приказные» да немножко немцев и англичан, и тон Меррекюля стал мешаный и мутный. Меррекюльские генералы, которые еще не вышли в тираж, находятся большею частью в составе каких-нибудь сильно действующих центральных учреждений, и потому они обыкновенно присутствуют шесть дней в столице, а в Меррекюль приезжают только по субботам. В течение шести будних дней в Меррекюле можно видеть только самых старых генералов, в которых столица уже не ощущает летом надобности, но они не делают лета и в Меррекюле. Украшают и оживляют место одни генеральши и их потомство — дети и внуки, которых они учат утирать носы, делать реверансы и молиться рукою. Между генеральшами одна напоминает мне преблагословенное время юности, когда у нее не было еще ни детей, ни внучат и сама она была легкомысленная чечетка. Да! Здесь она, которая когда-то крикнула «президента» и упала под стол. Ее давний «петушок» теперь достиг уже всего, чего он мог достичь, и в нынешнем году выходит в тираж. Будущим летом они уже не будут жить в Меррекюле. Мы едва узнали друг друга и, конечно, не много говорили о прошлом. Мы чувствуем, что мы стары и нам некстати вспоминать, какие мы были в то время, когда она упала под стол. Генеральша, по-видимому, желает поддерживать со мною знакомство, но так вежлива, что старается говорить всегда о таких вещах, которые мне неинтересны. Впрочем, иногда она говорит со мною о Толстом, которого она «похоронила для себя после Анны Карениной». Как он «пошел косить» — она ему сказала: «Прощай, батюшка!» Она на него, однако, «не нападает, как другие». «Зачем, нет! Пускай он себе думает что хочет, но зачем он хочет ...
    4. На ножах. Эпилог.
    Входимость: 1. Размер: 52кб.
    Часть текста: и сам Горданов, который был арестован уже не домашним арестом, а взят в заключение. Везде только ходила басня о мертвеце и в ней полагалась вся суть. Эту весть едва одолевал новый слух, что Карташов, или Ворошилов, оказавшийся контр-фискалом генерала, к которому являлась в Петербурге Глафира, был немедленно отозван, и с ним уехал и его землемер, в котором крестьяне признали слесаря Ермолаича, бывшего в положайниках у Сухого Мартына, когда добывали живой огонь. Вслед за этою вестью быстро следовала другая: Горданов был отчаянно болен в тюрьме, говорили, что у него антонов огонь в руке и что ему непременно будут ампутировать руку. Это тоже была истинная правда: Горданов действительно был сильно болен и в первый же день ареста требовал ампутации пораженной руки. Ввиду его крайне болезненного состояния допросом его не обременяли, но ампутацию сделали. Он был тверд и, пробудясь от хлороформа после операции, спокойно взглянул на свою коротенькую руку. Ввечеру острожный смотритель сказал Горданову, что его непременно хочет видеть Ропшин, Горданов подумал и сказал: - Пусть придет. Явился Ропшин и с первых же слов сообщил, что он с величайшим трудом нашел к нему доступ чрез подкуп. - В чем же дело? - спросил Горданов. - Сообщите ...
    5. Очарованный странник. Примечания.
    Входимость: 1. Размер: 15кб.
    Часть текста: газетной публикации («Русский мир», 1873, №№ 272, 274, 276, 281, 283, 286, 288, 290, 293, 295, 297, 300, 302, 304, 307, 309 и 311 — «Очарованный странник, его жизнь, опыты, мнения и приключения. Рассказ. Посвящается Сергею Егоровичу Кушелеву»); и по отдельному изданию («Очарованный странник. Рассказ Н. С. Лескова», СПб., 1874). Повесть «Очарованный странник» (по Лескову — «рассказ»); была, по всей вероятности, задумана после летней поездки Н. С. Лескова в 1872 году по Ладожскому озеру, давшей ему материал для последней части «Очарованного странника». В первоначальном виде под названием «Черноземный Телемак» рассказ был послан в «Русский вестник», по-видимому в начале 1873 года. 8 мая 1873 года Н. А. Любимов сообщил Лескову отказ Каткова: «Михаил Никифорович прочел «Черноземного Телемака» и после колебаний пришел к заключению, что печатать эту вещь будет неудобно. Не говоря о некоторых эпизодах, как, например, о Филарете и св. Сергии, вся вещь кажется ему скорее сырым материалом для выделки фигур, теперь весьма туманных, чем выделанным описанием чего-либо действительности возможного и происходящего... Он советует...

    © 2000- NIV