• Приглашаем посетить наш сайт
    Куприн (kuprin.lit-info.ru)
  • Письма. Суворину А.С. 20 марта 1871 г.


    34
    А. С. СУВОРИНУ

    20 марта 1871 г., Петербург.
    Воскресенье.

    Благодарю Вас, Алексей Сергеевич, за Ваше письмо и сохраню его, как доказательство, что я никогда в Вас не ошибался, считая Вас человеком, ищущим правды и любящим ее. О том, кто из нас грешит в выборе путей для этого искания, говорить долго (по-моему, Вы грешите более меня, нападая на таких людей, как Катков), но довольно того, что мы уже можем опять вести хотя литературные споры (в чем, однако, заслуга принадлежит мне, ибо я доказал, что я Вам вполне верю и уважаю Вас, несмотря на нашу разность во мнениях и даже на Ваши не совсем ловкие, надеюсь, нападки на мою совесть). Благодарю Вас за указания. Роман, конечно, с большими погрешностями, но в нем еще многое и не выяснено. Я не думаю, что мошенничество «непосредственно вытекло из нигилизма», и этого нет и не будет в моем романе. Я думаю и убежден, что мошенничество примкнуло к нигилизму, и именно в той самой мере, как оно примыкало и примыкает «к идеализму, к богословию» и к патриотизму. Я (может быть) связан кое-чем, что не мог провести этих параллелей, а они меня даже и занимали и намечены в плане романа. «Непосредственное же продолжение» нигилизма есть майор Форов — лицо, впрочем, наиболее потерпевшее от уступок, какие я должен был в нем сделать. Они простираются очень, очень далеко, и вширь, и вдоль, и вглубь... Но тем не менее он есть «продолжение» нигилизма, и я советую Вам терпеливо задержаться осуждениями, пока прочтете всю третью часть романа, где уяснится и Синтянина.

    «Сочинения» нет. Разве Вы не знаете «литератора-ростовщика», служащего в полиции и пишущего в «Искре»? Разве Вам не известны его проделки с Кашеваровой и мн<огими> др<угими>? Вы жмурите глаза, мой уважаемый противумышленник! Вы не свободны и партийны, гораздо более чем я, которого в этом укоряете. Я не мщу нигилизму за клевету мерзавцев и даже не соединяю их воедино в моей голове. Я имею в виду одно: преследование поганой страсти приставать к направлениям, не имея их в душе своей, и паскудить все, к чему начнется это приставание. Нигилизм оказался в этом случае удобным в той же мере, как и «идеализм», как и «богословие», — в этом Вы правы. Но Вы не хотите правды... Вы укоряли меня за письма о Бенни, а Ив. С. Тургенев письмом ко мне признал эти письма «делом честным». Где же истина, и за кем беспристрастие? Беспристрастны ли Вы, придираясь к Каткову за его лицей? Конечно, я не могу видеть в этих нападках того беспристрастия, какое сам я обличаю в Форове, в моем уважении к Вам и во многом другом. «Ран», нанесенных мне мерзавцами, клеветавшими на меня, я не чувствую. Поверьте мне в этом! Да и что чувствовать? Неужто у меня нет друзей, или мне заперты двери честных домов, или мне негде помещать моих работ? Боже мой! Какой же вред они мне сделали? Кто же, зная меня, не знает, что я имею право быть назван человеком не глупым и честным? Затем, когда смерть сделает свое дело, все это получит новое освещение, и стыдно будет не моим детям, а детям тех, кого я по совести называю клеветниками и подлецами.

    Да, я спокоен! Верьте мне, уважаемый недруг, что я не мщу никому и гнушаюсь мщения, а лишь ищу правды в жизни, и, может быть, не найду ее. Остальные части романа пришлю Вам (если хотите, у меня есть корректура всей 3-й части). Жму Вашу руку и еще раз благодарю Вас.

    Никол. Лесков.

    Я потерял Ваш адрес и не помню его.

    Прилагаю Вам клочок, — не найдете ли в себе «беспристрастия» поговорить об этом.




    Примечания

    34

    Печатается по автографу (ИРЛИ). Публикуется впервые.

    ...Вы грешите... нападая на таких людей, как Катков... — В ранних фельетонах Суворина (Незнакомца) содержались резкие выпады против M. H. Каткова.

    Роман, конечно, с большими погрешностями.... — Здесь и дальше Лесков отвечает Суворину на его замечания по поводу романа «На ножах».

    Разве вы не знаете «литератора-ростовщика, служащего в полиции и пишущего в «Искре»? Разве Вам не известны его проделки с Кашеваровой... — О ком говорит Лесков — установить не удалось. Кашеварова-Руднева, Варвара Александровна (см. о ней примечание к стр. 200), в 60-е и 70-е годы подвергалась неоднократно травле со стороны реакционной печати, в том числе, в дальнейшем (1879), и суворинского «Нового времени» (см. об этом О. М. Антонович-Мижуева. М. А. Антонович (из воспоминаний дочери). — М. А. Антонович. Избранные статьи, Л., 1938, стр. 499—500).

    Вы укоряли меня за письма о Бенни, а... Тургенев признал эти письма «делом честным». — См. примечание к письму 31.

    ...придираясь к Каткову за его лицей? — Речь идет о фельетонах Суворина (см. выше, примечание к наст. письму).

    © 2000- NIV