• Приглашаем посетить наш сайт
    Замятин (zamyatin.lit-info.ru)
  • Письма. Аксакову И.С. 26 октября 1881 г.


    4
    И. С. АКСАКОВУ

    26 октября 1881 г., Петербург.
    Уважаемый Иван Сергеевич!

    По-моему, «Блохи» должно быть еще на 2 №, а не на один. Кажется, как будто я ее делил на четыре куска, а не на три. Впрочем, может быть я забыл, так как это давненько было, и с той поры пришлось написать много. У Ахматовой же на днях выйдет такая же легенда о нынешнем государе, под заглавием «Леон — дворецкий сын, застольный хищник». Она хуже «Блохи», но ее тоже хвалят, только она писана наспех и потому, хуже отделана. Там мания «хищения» с намеком на известные лица, но, разумеется, все нарочно запутано, так что не разобрать, кто этот «Леон» — не то лакей, не то кто-то повыше. Там и «хап-фрау», и «лейб-мейстер», и его «обер-преподобие». Ахматова открылась мне, что, желая напечатать очерк, но в то же время и опасаясь за него, она посылала «одному лицу» корректуру и от него получила радостный ответ, что «государю это не может не понравиться» и что «печатать следует без малейшего пропуска». Не знаю доподлинно, кто это «одно лицо», но жалею, что недоговорил многое, боясь бабьего недомыслия редактора. Пиши я «Хищника» для Вас, он бы, конечно, вышел лучше, потому что Вы всех лучше понимаете, «что льзя и то, чего не можно»; но я не мог отбиться от Ахматовой, а другого у меня ничего готового не было. Царь там очень прост, очень тепел и (по-моему) очень приятен. Рассказ смешон, весел и в том же простодушном тоне, как «Блоха». «Блоху» здесь очень заметили даже литературщики, но мне кажется, что лучшая часть все-таки в конце — левша в Англии и его трагическая кончина. Впрочем, и «Обнищеванцев» критики очень хвалят ведь, даже в «Деле». На будущее время пока ничего ясного не придумал, но, может быть, напишу Вам «праведника» из острожных смотрителей, между коими наичаще встречаются «звери». Был некто полковник Саврасов из севастопольцев, определенный смотрителем виленской «центральной тюрьмы», где всё содержатся одни каторжные, и он своею честностью, простотою и добротою доводил их до того умиления, что они более всего боялись «огорчить старика». На него пришел государю Александру Николаевичу донос о послаблениях. Послали генерала-немца «дознать» — тот приехал, посмотрел и расплакался. Саврасов попросил его выбрать из каторжных «самого злого» на вид, и когда такой был выбран, он велел снять с него кандалы, дал простое платье и 3 руб. денег и послал вечером в город (за четыре версты) купить гвоздей. Каторжник пошел, купил и принес при генерале сдачу. Заболевавших тоскою он посылал «на огороды», а не в острожную больницу, и они «молились и отгуливались». Чахотки и сумасшествий у него так и не было. Немец все по правде доложил государю, — тот тоже расплакался и велел вызвать Саврасова и долго его целовал, обнявши и плачущи. Саврасов и теперь жив и служит комендантом в Шлиссельбурге, — к нему, говорят, будто послали Гесси Гельфман. Како Вам ся мнит таковой тип? — Пожалуйста, посмотрите в ноябрьской книге «Исторического вестника» статью «Благонамеренная бестактность». Там я говорил нечто о Вас, — кажется, это Вам не может быть неприятно, а мне нужно было иметь компаньона по взгляду на дело гнусного подхалимства в мнимом верноподданничестве, с целями, недостойными поддержки. Дело идет о брошюрах, которыми вместо пользы приносится вред долгим жеванием одного и того же несчастного события. Пожалуйста, посмотрите эту коротенькую заметочку. — О «Хронике» я того же мнения, что и Рачинский. Это — лучшее чтение для детей, но уговорная форма с министерством представляется мне возможною только так, если Вы возьмете экземпляр книги, тщательно зачеркнете в нем красным чернилом места, которые находите нужным выпустить, и пришлете тот экземпляр мне, с прошением в Уч<еный> к<омитет> м<инистерства> н<ародного> пр<освещения> (с двумя марками по 60 коп.), и в том прошении скажете о Вашем намерении издать книгу с пропусками «в том случае, если Ком<итет>, рассмотрев ее, найдет в этом виде удобною для школьных библиотек». Тогда я буду стараться при докладе выяснить, что нужно сделать, а Вы получите ответ, который, в свою очередь, обеспечит Вам возможность рассчитывать на содействие м<инистерс>тва, когда книга будет отпечатана. Других способов я не вижу.

    Ваш слуга
    Н. Лесков.



    Примечания

    4

    Печатается по автографу (ИРЛИ). Публикуется впервые.

    Затевая с 1881 года издание еженедельной газеты «Русь», И. С. Аксаков обратился к Лескову с просьбой о сотрудничестве: «Нет ли у вас чего-нибудь готового, только не в роде «Мелочей», а вот в роде помещенного Вами в «Историческом журнале» <«Историческом вестнике»> рассказа о праведниках кадетского корпуса. Наконец, если у вас есть повесть, даже роман не чересчур длинный, — то и это могло бы быть помещено в моей газете. Впрочем, вы сами знаете, что мне нужно, знаете и то, что помещение в моей газете это не все равно, что помещение в журнальных низинах, называемых фельетонами, ни даже в «Церковно-общественном вестнике» («Исторический вестник», 1916, № 3, стр. 792—793; автограф — ЦГАЛИ). Последние слова, вместе с какими-то аналогичными замечаниями в следующем, не сохранившемся письме Аксакова, вызвали резкую отповедь Лескова. 7 января 1881 года он писал Аксакову: «Я пишу как умею и всегда — как чувствую. Я плохой христианин, но молю бога паче всего не отнять у меня этого состояния моей души. Я никогда не осмеивал «сана» духовного, но я рисовал его носителей здраво и реально и в этом не числю за собою вины. Я не хочу быть «тенденциозным» — довольно сделано и без меня в этом роде. Если мне действительно дана некоторая способность рисовать духовных, как Островскому купцов, — зачем я не имею права служить моим даром литературе правдиво? Хорошо ли, дурно ли, — я с своими малыми силами дал несколько типов духовенства, которые считаются далеко не худшими, и не дал ни одной карикатуры. Сколько «идеальных» есть на все количество типичных, — я не разбираю и не считаю. Я пишу то, что ясно складывается и формируется у меня в голове... В одних «Мелочах архиерейской жизни» я погрешил (по неведению), представив архиереев, как писал мне один умный владыка, — «лучше, чем они есть на самом деле». Вместе с тем Лесков обещал своему корреспонденту написать нечто, «сотканное из одного русского «прекраснодушия», с китайскою или строгановскою раскраскою — без теней. Это легче всего выудить не в духовенстве. Я сделаю все, что могу, но мучусь мыслию, что буду видеть не один тип, а два: мой вымысел и действительность в лице Вашем. От этого я буду путаться, как конь на мундштуке, и напишу хуже, чем могу писать, когда ищу изобразить одну правду...» (ИРЛИ). Отвечая на это гневливое послание, Аксаков (10 января 1881 года) оправдывался, что вовсе не требует «положительных или добродетельных попов и архиереев»: «Все дело в качестве и в мере иронии». «Ради бога, — продолжал он, — не стесняйте своей свободы как художника и не пишите для меня нарочно: знаю наперед, что от этого выйдет хуже. Пишите, как Вам бог на душу пошлет. Напишете «Соборян» — прекрасно, «Запечатленного ангела» — отлично, «На краю света» — превосходно, «Трех праведников» — обрадуете несказанно. Видите, какой выбор!» («Исторический вестник», 1916, № 3, стр. 793; текст исправлен по автографу ЦГАЛИ).

    В результате этой переписки Лесков отдал в «Русь» серию очерков «Обнищеванцы» (Религиозное движение в фабричной среде. 1861—1881)» («Русь», 1881, №№ 16—21, 24, 25) и «Сказ о тульском косом левше и о стальной блохе (Цеховая легенда)» («Русь», 1881, №№ 49-51).

    У Ахматовой же на днях выйдет такая же легенда... под заглавием «Леон — дворецкий сын...» См. т. 7 наст. издания, стр. 60, и примечание на стр. 508.

    Ахматова, Елизавета Николаевна (1820—1904) — беллетристка и переводчица. В 1885 году Лесков напечатал в «Историческом вестнике» (1885, № 4, стр. 255—256) заметку: «Как заступаться за литературных дам» — по поводу несправедливой и обидной статьи Скабичевского в «Новостях» об изданиях Е. Н. Ахматовой.

    Был некто полковник Саврасов из севастопольцев... — По-видимому, речь идет о полковнике Михаиле Николаевиче Саврасове (1825—1886), шуйском воинском начальнике. О службе его смотрителем виленской тюрьмы сведений нет; комендантом Шлиссельбургской «тюрьмы государевой» он не был (да и восстановлена она была лишь в 1884 году).

    Гельфман, Геся Мееровна (1855—1882) — революционерка-народница. В 1881 году была привлечена к суду над «первомартовцами» — революционерами, казнившим« Александра II; приговорена к повешению, но из-за ее беременности приговор не был приведен в исполнение. В Шлиссельбургской крепости не находилась; умерла в тюремной больнице после родов.

    ...посмотрите... статью «Благонамеренная бестактность». — В «Историческом вестнике» Лесков напечатал одну за другой две статьи, близко между собою связанные: «Заказная литература (Несколько замечаний по поводу образцовой народной книжки)» (1881, № 10) и «Благонамеренная бестактность» (1881, № 11). Обе статьи посвящены осудительному разбору потока книг «для народа», выпущенных царским правительством (или при его содействии) в связи со смертью Александра II.

    Рачинский, Сергей Александрович (1836—1902) — профессор-ботаник Московского университета; по выходе в отставку — деятель народного образования, пропагандист широкого привлечения духовенства к начальному народному образованию и организации церковно-приходских школ.

    © 2000- NIV